Осенний холод
Перед рассветом
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

Осенний холодПерейти на страницу: « предыдущуюПредыдущая | 1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6 | следующуюСледующая »


четверг, 15 февраля 2018 г.
Энтрери . ADF 21:10:14
Запись только для друзей.
суббота, 10 февраля 2018 г.
Энтрери . ADF 11:29:00
Запись только для друзей.
четверг, 18 января 2018 г.
Энтрери . ADF 15:18:41
Запись только для друзей.
пятница, 5 января 2018 г.
ASSASSIN'S CREED: REVELATIONS Энтрери . ADF 03:42:05

burning up

Еще одна часть игры пройдена мной - да здравствует еще один отзыв.
Услышав Assassins Creed Theme, я... я собрал все свои эмоции в кулак и попытался написать как можно адекватнее.


Подробнее…
ASSASSIN'S CREED: REVELATIONS

­­


0. Предисловие


Игра была скачана вместе с братством, но, пройдя предыдущую часть, я был не уверен, стоит ли начинать следующую - ведь я знал, что она будет грустной. И, пожалуй, в силу такой "моральной подготовки" я ожидал немного другого, чего-то более эмоционального и фееричного.

1. Сюжет


Мне он эмпонировал уже просто потому, что это было своеобразное "возвращение к истокам". Начав игру с заснеженного Масиафа, с красочного и захватывающего ролика, где герой сражается с полчищем врагов, находит способ избежать казни, видит призрак Альтаира, что буквально ведет его вперед - я влюбился через пару минут и был одурманен нахлынувшими эмоциями.
Эцио, которому уже ни много ни мало - 54 года, отправляется в Масиаф, дабы исполнить волю давно погибшего отца: раскрыть секрет библиотеки Альтаира. Но библиотека закрыта, нужно найти ключи, а один из них и вовсе у тамплиеров, что тоже охотятся за тайным знанием. Эцио отправляется в Константинополь, туда его приводит дневник исследователя. Эцио знакомится с Юсуфом, главой местного братства ассасинов; тот показывает ему город, учит новым вещам, дружески хлопает по плечу и солнечно улыбается. Наш же герой продолжает паркурить, бегать по крышам, избавлять город от тамплиеров, защищать братство и помогать развивать его дальше, находит ключи, знакомится с Софией, что теперь заменяет место Леонардо - ведь тот остался в Италии; а параллельно застревает в местных передрягах между византийцами и османами, янычарами и простым народом, становится близким поверенным принца Сулеймана, мудрого и осторожного не по годам.
Сюжет, на самом деле, развивается довольно быстро: первые главы степенны и размерены, так как являются вводными; они неторопливо ждут, когда ты научишься пользоваться новыми деталями снаряжения, выкупишь опять полгорода и насобираешь кучу ненужного хлама. Но где-то с середины сюжет развивается линейно и стремительно, не оставляя времени на передышку.
Отдельно хочу отметить один яркий плюс: ошибки ассасинов. Они наконец-то стали людьми. Они убивают невинных, ошибаются в намерениях других людей. Это невольно вынуждает задуматься о хрупкости жизни.
Тамплиеры все так же машут ручкой и уходят в закат.
Для любопытных: https://www.youtube.com/watch?v=HMsbMK9Odoc

­­ ­­ ­­


2. Персонажи


- Эцио Аудиторе да Фиренце

­­"Да ла-ла-ла", как обозвал его Юсуф при встрече.
Старый, степенный, уже немного тусклый. От привычной эмоциональности и горячности осталось немногое: лишь шутки и яркие глаза. Старый потаскун, все так же засматривающийся на девушек, но махнувший на все рукой. Он старается "быть в тонусе", но откровенно устал и ищет покоя. Он просто не знает иной жизни. Матерый волк, не растерявший своей силы и проворства, но допускающий ошибки.
Он уже не так открыт и беззаботен, как раньше, не лезет на рожон и не ищет риска. Предпочитая оставаться в тени и наблюдать, он говорит мало и по делу. Вполне логичное продолжение предыдущего образа.
Плюсик за письма Клаудии, что он пишет в начале каждой главы. Очевидно, что для него становится важен вопрос семьи; он был важен для него и раньше, но, как я кому-то уже писал, раньше Эцио был больше занят собой. За семью он стоял горой и маленьким пригорком, но стоит вспомнить его обращение с Клаудией и редкие разговоры с матерью - что же, типичное и совершенно понятное поведение молодого человека. И тем более понятно, что, лишь постарев и повзрослев, он научился их ценить.
Но были здесь и трудности.
Во-первых, он сильно изменился внешне. Как я читал, такое изменение не объяснить возрастом: у него другое, чужое лицо. Из-за этого мне до сих пор сложно связать этого человека с тем Эцио, с которым я прожил половину его жизни в предыдущих играх.
Во-вторых, изменение озвучки. Как ни крути, но голос играет не меньшую роль, нежели запах или внешность.
Ну и в-третьих, все же характер изменился довольно круто. Проходит где-то 10-15 лет после предыдущей части игры, это большой срок; но все равно мне до сих пор тяжело объединить того Эцио и этого.
Старый Эцио допускает ошибки, как и остальные ассасины. Это делает их более живыми, но, к сожалению, ненамного: как по мне, они слишком сухо себя ведут. Может, лично мне не хватало эмоций, а может, действительно мало действий и реплик было прописано.
Что бы ни злило меня в этом персонаже, как бы я ни возмущался или смеялся над ним, он все же стал почти что родным - за столько-то часов игры лет. А последняя сцена, где он обращается к Майлзу, зацепила меня сильнее всего. Перепечатаю это:

"Еще один артефакт? Нет. Оставайся здесь. Я повидал довольно.
Дезмонд? Я уже слышал твое имя, Дезмонд. Это было давно. И теперь оно застряло в памяти, словно картинка из сна. Я не знаю, где ты сейчас и как ты можешь слышать меня, но знаю, что ты слушаешь.
Я прожил жизнь, как смог, не зная, какова цель, но стремясь к ней, словно мотылек, летящий на огонь. И лишь сейчас я открыл эту странную правду. Я лишь гонец с посланием, смысл которого мне не ясен. Кто мы, имеющие дар передавать друг другу наши истории? Говорить через века? Может быть, ты найдешь ответы на мои вопросы? Может, именно благодаря тебе все наши жертвы окажутся не напрасными?"


­­ ­­


- Юсуф Тазим (да Истамбул)

­­Мои друзья решат, что сей персонаж - мой новый кумир. Спешу разочаровать: прикидываюсь я куда больше, чем чувствую на самом деле; но и говорю меньше, чем осознаю и думаю. Так что будет небольшое откровение уже с моей стороны.
Солнце.
Это первое, что я подумал, увидев его. Яркий, пестрый, жизнерадостный, энергичный, живой. Он не так уж и молод - вряд ли старше 40, но и не младше 30 (сейчас посмотрел - на момент смерти ему 45. Что же, я опять промахнулся). Но ведет себя, словно мальчишка. Это в нем и чарует. Что греха таить, такие люди захватывают меня - люди, в которых бурлит источник, чья улыбка заразительна, а сами они - воплощение жизни.
Он может показаться беспечным, но он внимателен, быстр и ловок; любое дело поглощает его с головой, но он не забывает об ответственности, о других. Его затруднительно назвать лидером - так легко и непринужденно он ведет себя со своими подчиненными; но он отдает приказы тоном, не терпящим неповиновения.
Не могу сказать, что знаю многих южан; но характер у него кристально "южный": вспыльчивый, но сдерживаемый, "панибратский", эксцентричный, сверкающий, как родниковая вода в лучах яркого солнца. Он задорно зовет Эцио "наставником", смеясь, когда тот заикается, что когда-то был молод. "Неужели ты был таким, как я?" - улыбается он и хлопает по плечу.
Он как противовес: если раньше вспыльчивости и энергичности Эцио был противопоставлен Лео с его медлительностью и рассеянностью, то теперь Юсуф вытягивает мечтательного старика из его воспоминаний и зовет наперегонки на вершину Галатской башни.
Еще у него классный голос в русской локализации. Не могу сказать, что мне он нравится; но он определенно подходит этому герою.
В целом, я знал о Юсуфе и чуть раньше, чем начал играть: натыкался на арты, а некоторые даже сохранил. Смотря на них, я видел то, что передавали художники: дружелюбие и очарование жизни.
Но также я знал, что он погибнет.
Я не буду спойлерить, как и почему он умер. Я лишь скажу, что ожидал большего. Я ждал, наверное, сцен, как в третьем МЕ, когда было чертовски больно, когда я несколько дней находился в прострации после гибели друзей, когда захлестывали отчаяние и тоска.
Ничего этого не было. Тишина, шаги в библиотеке, горы убитых тамплиеров.
И он. С немым вопросом на приоткрытых губах, с которых буквально несколько часов назад сорвался последний вдох, и растерянностью в глазах, что всегда смотрели с легким лукавством.
Эцио вскоре ушел. Он не подходил к его могиле попрощаться: не находил сил или смысла?
Ложась спать, я задумался: а если бы Эцио не просил его защитить Софию? Та бы все равно не погибла, ведь она была товаром; но и Юсуф остался бы жив.
Он умер красиво, в бою; но он умер бессмысленно.
Зачем было его создавать, если он должен был так просто умереть?
Его смерть не вызвала у меня поначалу никаких эмоций: только пустоту. Ту пустоту, что захлестывает изнутри при осознании бессмысленности всего.

­­ ­­
­­ ­­


- София Сартор

Сначала я собирался воспринять ее "в штыки" - наверное, из своего свободолюбия. Но позже я все же одобрил выбор Эцио: подвижная, женственная, образованная, умная, смелая. "Ты не можешь отвечать за поступки других" - говорит она Эцио, когда тот спасает ее от судьбы быть повешенной тамплиерами и извиняется за то, что втянул ее в свои проблемы. Это сильно.
Любительница приключений и тайн; она поддерживает Эцио, а не устраивает истерик "почему ты мне не сказал?!". И хоть изначально она показалась мне не особо красивой, к концу я даже полюбил ее и нашел очаровательной.
Немного печально осознавать, что она заменила Леонардо с его изобретениями и расшифровками кодексов; но вместе с тем мне смешно, когда я представляю на ее месте Лео.

­­ ­­


- принц Сулейман

Юноша, представившийся ученым - не прелесть ли? Его внешность напомнила мне мужа моей подруги. Приятный, на удивление спокойный и уравновешенный, вдумчивый и проницательный - он и правда мог бы стать великолепным правителем, если бы не внутрисемейные конфликты.
Сей персонаж мне понравился, и я в кои-то веки был полностью на стороне "союзников" Эцио, в отличие от подозрительного Антонио или немногословного Маккиавелли. Даже в конце, узнав о предательстве дяди Ахмета, он просит Эцио не убивать его. Великодушие? Расчет? Сложно судить, ибо лицо его непроницаемо, но все время - с легким налетом грусти.
К сожалению, у меня нет слов, дабы описать его лучше; но у меня есть хорошее отношение, которое я, как Каштанка, не могу выразить. М-да.

­­­­


- Альтаир ибн Ла-Ахад

­­Фигурировал он в повествовании нечасто, но все же является основным звеном сюжета. Молодой хранитель наставника; зрелый защитник Истины; пожилой борец и старый мудрец. Его характер остался с ним, даже когда сила и ловкость - покинули. Он упрямо шагает по жизни вперед, несмотря на все те удары судьбы, что нещадно и жестоко хлещут его.
В изумлении я наблюдал, как ассасины защищали его, уступали путь, смотрели с уважением. Он не поднял отныне меча на своих братьев. Он готов был не только говорить - показать. Без применения силы. Разве что только силы духа.
Грел сердце его сын Дарим: преданный, разумный, стойкий. Нельзя сказать, что весь в отца (ибо все мы помним, каким Альтаир был в первой части игры); но Альтаир действительно сумел воспитать достойного мужчину. Уверен, что погибший Сеф ни в чем не уступал. Удивила последняя сцена в хранилище: когда Дарим попытался понять, что именно его отец хочет скрыть, Альтаир резко отмел все эти попытки, оборвав разговор на эту тему. Дарим замолчал на мгновение, но после - принял и понял. Альтаир поступил так - ради защиты сына? Осознавая, что тот не должен нести такое бремя? Что тот должен жить своей жизнью, а не идти по стопам отца? Возможно, это всего лишь мои додумки; но благодаря именно им эти люди оживают для меня.
Тяжелая судьба выпала на долю ассасина 12-го века. Потерявший едва ли не все: наставника, друзей, жену и сына, уважение и доброе имя, что возвращал себе не раз - его дух не сломило ничто, даже Яблоко, показавшее ему слишком многое и пошатнувшее веру. Если меня спросят - Альтаир мне эмпонирует больше, нежели Эцио; хотя они оба по-своему уникальны, и сравнивать их я считаю глупым и бессмысленным занятием. Альтаир - звезда, та самая, что ярче всех сияет на ночном восточном небе, указывая путь, и я бесконечно уважаю его.
Сложно сказать, что я испытывал, смотря на скелет в хранилище. Одно точно: я гадал, какая вонь там должно быть стоит.
Жаль, что в воспоминаниях не встретился Малик.

­­ ­­


- Дезмонд Майлз

В прошлой части я совсем не упомянул его, хоть и вспомнил. Но я мало что мог сказать о нем. Немногим больше могу и сейчас, но все же - пускай будет.
Увидев его в начале игры, я, мягко говоря, остолбенел: так сильно изменили его внешне. Но выглядеть он стал, скажу я, трагично.
По сюжету он находится в коме. После концовки предыдущей части - а раз не говорил в прошлом обзоре, скажу в этом - после подчинения его воли древним артефактом и Юноной, после убийства Люси, которому он противился, как мог, Дезмонд падает без сознания.
Анимус поглощает его. Дезмонд оказывается на "острове", базовом пространстве Анимуса. Он встречает там 16-го, что разъясняет ему ситуацию, слышит голоса Ребекки, Шона, кого-то еще...
Я думал, что Люси выживет. Но нет - меж двумя главами слышен диалог, что ее похоронили в Риме. Каково это было слышать самому Дезмонду?
Он выглядит растерянным. В его голове все смешалось: его личность и его предки. Он вынужден заново проживать чужие жизни, дабы восстановить порядок. Чтобы выжить.
Под конец Анимус едва ли не уничтожает его, пытается удалить, как вирусную программу.
Дезмонд приходит в себя и все, что он говорит:"Я знаю, куда нам нужно".
Многие мои друзья отзываются негативно об этом персонаже, называют его тупым, серым, никаким. Я не согласен. Он оказывается жертвой обстоятельств, и если его образ и правда был "так себе" прописан в первой части игры, то дальше он обретает голос, характер, разум, волю. Он пытается вырваться из ловушки, он стремительно шагает вперед, он - лишь средство, но он старается не замечать этого, жить и помогать.
Жить, чтобы в итоге оказаться очередным "посланником", "гонцом".
Жестокие игры богов. Древние цивилизации, высокомерные и эгоистичные, для коих люди - материал.
Я делаю это под влиянием эмоций и чувств, но с полной уверенностью: все, кто не обращает внимание на таких героев, как Майлз, Люси, Юсуф, кто видит в Эцио лишь крутого ассасина, а Альтаира считает невыразительным и скучным - мне жаль вас, ибо вы не играли в эти игры. Вы едва ли вникали в происходящее, не переживали чужие судьбы, как свою, и не задумывались о причинах. Просто бегали и убивали.

­­


- Шестнадцатый (Клей Качмарек)

"Они даже не назвали тебе моего имени?" - удивляется он, но так и не называет своего.
О нем мне почти нечего сказать: мне он был неприятен, я все время подозревал его в чем-то нехорошем. Считал его программой Анимуса, созданной, чтобы обмануть Дезмонда и уничтожить.
Но концовка изумила меня.
Изначально ведет он себя странно. Мужчина явно сходит с ума: запертый в цифровом пространстве, одинокий, ненужный, потерявшийся. До захвата Абстерго Майлза 16-тый совершает самоубийство, дабы не позволить тамплиерам достичь их цели. Он помещает часть себя внутрь системы, чтобы потом - предупредить Дезмонда, следующего "подопытного".
Он говорит странные вещи, у него истеричные интонации и весь его вид жалок.
"Дезмонд, ты жалеешь о чем-нибудь?" - спрашивает он. И когда Дезмонд все же отвечает ему, 16-ый вымучивает улыбку и благодарит. "За искренность".
Анимус обнаруживает Майлза и пытается удалить. Тогда 16-тый бросается к Дезмонду и создает защитное поле вокруг него, из-за чего удален оказывается он сам, а Дезмонд приходит в сознание.
"Что есть человек, как не его воспоминания? Мы - прожитые жизни, рассказанные себе истории!"
Там еще такая красивая музыка играла на фоне, я проникся.

­­ ­­


3. Мир. Графика


Константинополь я полюбил в тот же момент, как увидел. Он переливчатый, как мозаика на окнах мечети; нахально высящийся в небо, широкий и раскрытый, шумный, но не надоедливый - я отдыхал в нем от приевшихся Рима и Венеции. Во время "прогулок" меня захлестывали воспоминания из первой части игры, а забираясь на башни, я тратил пару минут на то, чтобы насладиться видом на город и небом, расплескавшимся над ним. "Лучшее место для дома. - Это так", - отвечает Юсуф, раскинув руки и поддавшись разгульному ветру, царящему на головокружительной высоте.
Разноязычный говор, разномастные одежды, разный, разный, разный - это восхищает меня; и хоть я осознаю, что настоящий Константинополь совершенно не таков, я все же чуть-чуть позволю себе помечать побывать в нем, ощутить эту атмосферу, чувство свободы, пьянящей, как терпкое вино, захлебывающейся, как хлещущая из раны кровь.
Масиаф остался неизменен; его зимний, полупустынный и мрачный вид понравился мне едва ли не больше, чем солнечный и сухой из первой части. Старый, молчаливый и задумчивый, он безмолвно хранит свои тайны, возвышаясь над окружающим миром и надменно, отстраненно наблюдая за мелочами внешней жизни; погруженный в себя, обросший секретами и историей, как мхом, тихий и величественный.
Карпадокия: пыльная, каменная и угрюмая, неприветливая и желчная. Такое впечатление у меня осталось от нее. Хотя город, высеченный внутри скалы, не может не заинтересовать.
Я в полном восторге от созданного мира, усиленного музыкой с восточными, немного грустными нотами. Чувствую, нескоро я смогу вздохнуть полной грудью, не чувствуя тяжести, осевшей в моей голове и воображении.
Графика? Тут я немного приуныл поначалу: пришлось скинуть пару пунктов настройки, ибо в самом начале фпс стойко держался на 10 и играть было тяжеловато. Во всем остальном мне понравилось: она была более эмоциональной, разносторонней, нежели в предыдущих частях, где от монотонности цветов устает голова.
Особенно придраться ни к чему не могу, так что могу уверенно заявить: графика отличная.

­­ ­­ ­­ ­­ ­­ ­­ ­­


4. Интерфейс. Механика


Продолжаем бомбить на Эцио, любящего получать по хребту.
Боевая система осталась та же: контратаки, отступление, пробивание защиты. Появились новые комбо и зрелищные атаки; хотя мне некоторые из них показались уж очень жестокими. Враги стали едва ли не сложнее: с янычарами драться вообще ненавидел, особенно из-за их ружей. Атакуют все и вместе, а огромное толпище противников одолеть теперь едва ли возможно. Блоки не работают вообще.
Злила смена клавиш и меню оружия. Раньше я зажимал колесо мыши и поворотом курсора выбирал оружие; теперь необходимо было отдельно зажимать клавишу, а выбор подтверждать щелчком мышки. Это неудобно.
Зато теперь появилась возможность выбора основного и дополнительного оружия. Поэтому же выстрелы или броски бомб перешли тоже на отдельную клавишу, которую я все время путал с орлиным зрением. Почти все взаимодействия перешли на shift, к чему тоже пришлось привыкать - раньше диалог начинался с Е.
Бомбами я пользовался редко, но мне они понравились. Правда, я один раз случайно приклеил ее на мимопроходящего человека вместо цели... Но бывает, да.
Еще одно внедрение: клинок-крюк. Хорошая вещь, позволяющая дальше прыгать и скользить по канатам. Во всем остальном она заменяет второе лезвие. Кувырком тоже не пользовался: не получалось.
Изменилась система "известности". Раньше: наубивал тамплиеров, весь такой "апасный", а потом сорвал листовки, убил свидетеля - и снова тебя никто не знает.
Теперь же листовок не было совсем. Приходилось подкупать глашатаев, а свидетели попадались редко. Мне бы и все равно на эту известность, но...
Но если ты расхаживаешь с этими 100%, тамплиеры атакуют одну из баз, и ее приходится защищать. Отчасти в этом переродились "башни Борджиа" из прошлой части: теперь это были обычные башни, в которых необходимо было зажечь сигнальный огонь. Еще один новый элемент: защита/отвоевывание баз. Расставляешь командиров, лучников, стрелков, ставишь баррикады, подавляешь наступление - сложно, с первого раза я не смог защитить базу. И мне очень не хотелось лишний раз страдать с этим, так что я вздыхал, считал свои 104 тысячи монет и платил соточку глашатаю, которого еще ищи на краю мира.
Присутствовала та же система с покупкой лавок. На этот раз я плюнул и махнул рукой, обновив едва ли треть их всех - денег мне хватало, в банк приходило 13 тысяч, так что я был более чем доволен. Отчасти мне не хотелось их все скупать еще и потому, что при покупке увеличивалась та самая "известность" - а про нее я уже сказал. Честно говоря, это возмутительно: я покупаю, и я еще и виноват о: Это вообще как так-то.

­­ ­­ ­­


5. Прочее


Были в этой игре несколько эпизодов, что насмешили меня: начиная от ехидных фраз персонажей и заканчивая любимыми багами.
- один убитый стражник почему-то начал очень неадекватно себя вести, летая в воздухе и крутясь волчком. Я долго смеялся, из-за чего не сразу смог включить запись и ровно держать камеру.
- в крайне волнующий момент, когда Альтаир убегал со своим сыном Даримом из Масиафа, после того, как убили его жену Марию, Дарим внезапно начал танцевать, побежал спиной в здание да так и застрял, пытаясь спиной вперед "вбежать" в дом. К сожалению, справиться с этим мне не удалось - пришлось запускать участок заново и опять смотреть грустную кат-сцену.
- помните ухажера Клаудии из второй (ах да, я же не писал о ней) части и "братства"? Так вот, я снова встретил его. Сначала он встретился в кат-сцене с Софией, но, завидев Эцио, с искренним ужасом на лице предпочел убежать. Но потом я его встретил где-то на улице. Долго стоял и разглядывал, не понимая: это баг или что? В любом случае, я начистил ему морду. На всякий случай.
- в одном квесте нужно было защитить принца Сулеймана на празднестве. Для этого Эцио, Юсуф и ассасины переоделись в бардов. "Я выгляжу хуже обезьяны!" - возмутился Тазим. Дальше Эцио должен был своими песнопениями отвлекать публику, а ассасины тем временем избавлялись от плохих дядь. И то, что пел Эцио... Это ужасно х) Какое-то время я просто пошлялся по площади и поснимал эти его "шедевры".
- в самом начале игры, в Масиафе, я с чем-то "провзаимодействовал", в результате чего появился призрак Альтаира, который странно размахивал руками и жестикулировал. Я так и не понял, на кого он там ругался, но выглядело устрашающе.
- держаться за невидимую балку в воздухе? Знаю, умею, практикую.

­­ ­­ ­­ ­­ ­­


6. Итог


Как я уже сказал, я готовил себя морально к "грустноте".
Подготовил плохо.
Вадим смеялся, что я впаду в депру. В депру не впадается, но мне очень... тоскливо? Грустно? Мне сложно описать это ощущение. Нет привычной тяжести, что сопровождает отчаяние или горе; но пустота, от которой мне хочется разорвать грудную клетку и закричать в небо. Отчаяние, но легкое, невесомое, неуловимое и разрушающее куда сильнее, нежели тяжесть всей гор на земле.
Эта часть игры резко отличается от предыдущих: стилем, характером, повествованием.

Тезис "Ничто не истинно" подразумевает, что основы, на которых держится общество, зыбки, и мы сами должны строить свое будущее.
Говоря:"Все дозволено", мы подразумеваем, что мы сами решаем, что нам делать, и несем ответственность за последствия, какими бы они ни были.


­­by Jesper Kyd & Lorne Balfe:

Assassins Creed Theme
(великолепна и полностью передает атмосферу игры)

The Road to Masysaf
The Wounded Eagle
Sailing to Constantinople
Master And Mentor
Welcome to Kostantiniyye
Son of Umar
No Mistakes
A Heated Discussion
Ambush
Fight Or Flight
Galata Tower
Forum of Ox
Greek Fire
Street Fight
You Have Earned Your Rest
Enough For One Life
The Pursuit
Assassinate the Target

тут саундтрека на 3 часа, ох


Музыка Assassins Creed Theme
Категории: Обзор, Игры, Музыка
Прoкoммeнтировaть
пятница, 29 декабря 2017 г.
Энтрери . ADF 16:58:59
Запись только для друзей.
четверг, 28 декабря 2017 г.
ASSASSIN'S CREED: BROTHERHOOD Энтрери . ADF 23:10:41

burning up

Подробнее…
Итак, я только что закончил, сказать хочется очень много всего, поэтому:


ASSASSIN'S CREED: BROTHERHOOD

­­

0. Предисловие


Здесь я мало что могу поведать. Изначально я не собирался проходить эту часть, т.к. у нее не стояла цифра 3, из-за чего я думал, что это уже что-то другое. Опять же, Вадим, страстный почитатель Эцио (особенно в возрасте), просветил меня на этот счет, поэтому, заканчивая вторую часть, я качал Brotherhood, Revelations и AC3 сразу.

1. Сюжет


Начало игры вызывает едва ли не скупую слезу умиления и тоски по чему-то родному - настолько все "такое же", как в только что завершенной части. И это я серьезно: игра начинается ровно с того места, где закончилась предыдущая, с разговора с Минервой (или как ее?), побегом с дядей Марио от стражи и точно такой же заставкой: крыша, родственник, пара слов - и прыжок веры с видом на Рим и названием игры.
Возвращение в Монтериджони, приставания к юным девам (Лютик вспомнился), легкое офигевание от текстурного преображения Катерины Сфорца - вселяет чувство умиротворения и легкости.
После чего на Монтериджони нападают войска Чезаре Борджиа. Эцио в спешке помогает уже не отбить - только задержать атаку, чтобы спасти горожан; пытается в меру сил улучшить положение, носится из угла в угол... После чего видит, как Чезаре выстреливает в голову дяди Марио, самого Эцио ранят, и он сваливается с крыш.
Дабы не пересказывать все излишне подробно, опишу буквально в нескольких словах: все цели - приспешники Борджиа; Борджиа там, Борджиа сям, убери стражу, убей посла, уничтожь банкира, пристрели кардинала, ибо БОРДЖИА, ЭЦИО, БОРДЖИА!
Как-то так.
С настоящим временем, Дезмондом и прочими, взаимодействия стало немногим больше, но все равно недостаточно. Бежали от тамплиеров, скрываются в Монтериджони, выходить гулять можно только по ночам, сидеть в Анимусе почти безвылазно. Развлекала только почта.
Хороша была история, где Ла Вольпе подозревал Макиавелли в предательстве; правда, сюжет про какого-то одноглазого старикана с виллы я так и не понял. Deus ex machina, если кто сведущий.
Эпизод с постановкой и сценой мне понравился. Бегать с Яблоком Эдема тоже понравилось, да только совершенно не давали ничем другим пользоваться.
И снова, не пускаясь в подробности (но без них текст получится излишне коротким):
а) сюжет продуман плохо. Таково мое мнение. Обоснование: начало очень затянуто, зачем-то нужно все начинать с нуля - ладно, требование всех игр и даже длс; развитие ооочень медленное, настолько, что не умудряешься им проникнуться от скуки; а концовка - из разряда "вжух, и ты смотришь титры". Как мне показалось, схалтурили. Либо разрабов поджимали сроки. Так или иначе - начали за здравие, потом уснули, а под конец вспомнили, что "ой, точно, надо же игру-то закончить!".
б) многие вещи в сюжете оказались лишними. Попытка отобрать Рим у Борджиа? Громогласно, в игре - реализуемо, но я не верю в это. Не верю, что от убийства дюжины капитанов и сожжения башен, вклада денег во все постройки и каким-то магическим образом легально оформленной прибыли, что от этого всего Чезаре схватился за голову и горевал:"Как так, Рим мне не принадлежит?".
в) затянутость. Впрочем, мне кажется, это грешок всей серии игр. Мелочей слишком много, как побочных квестов в ДАИ, из-за чего вообще забываешь, чем отличается основное задание от очередного контракта на убийство. Разве что обозначением на карте.
г) из плюсов могу отметить лишь то, что основной противник обрел конкретное яркое лицо, нежели то было во втором с неким "испанцем" и тем более - в первом. Акцент на семейке Борджиа мне понравился: я четко знал, кто мой противник и как до него добраться. Добирался я, правда, пару реальных месяцев и семь игровых лет, но это неважно.
д) тамплиеры ушли на второй план; и что-то мне подсказывает, особенно в связи с выходом Assasin's Creed: Origin, что ушли они навсегда. Я буду по ним скучать.
В общем, за сюжет - минус.

­­


2. Персонажи


- Эцио Аудиторе да Фиренце

Изменился он по сравнению с предыдущей частью слабо; в самом начале так вообще не отличишь. Однако теперь он становится спокойнее, уравновешеннее, расчетливее, ворчливее. Эмоций стал проявлять мало, говорить - буквально только по делу; ко многим вещам относился с недоверием и подозрительностью. О былом юношеском пыле напоминают разве что извечная готовность ринуться в бой и пафосные речи при большой толпе народа.
И я все еще считаю, что черный с красным ему больше к лицу.
Хрипеть от неудачных приземлений, бурчать по поводу планов союзников и возмущаться насчет чьих-либо действий Эцио стал куда чаще в сравнении со второй частью, из-за чего напомнил мне меня: такого же ворчливого и "бу-бу-бу imbecillo".
Дамских ухаживаний мне явно не хватало, они вносили некое разнообразие и свою прелесть; так что пришлось довольствоваться только парой шутливых (и не очень) намеков в начале и какими-то "воспоминаниями Кристины" потом.
В моем понимании Эцио накрепко связан с Флоренцией и, чуть меньше, с Венецией; поэтому за всю игру я так и не начал воспринимать Рим как его новый дом (хотя я и купил его полностью в прямом смысле).
Нравится ли мне повзрослевший Эцио? И да, и нет. Он стал ответственным, опытным, менее импульсивным, - но ведь порой мне не хватает именно этих самых эмоций, экспрессии, экстрима. В любом случае, я отношусь к нему хорошо...
... кроме тех ситуаций, когда он делает СОВЕРШЕННО не то, что требуется. А все ближе к концу он почему-то, как на зло, прыгал не туда, залезал, когда не просят, выстреливал в небо при зафиксированной цели и творил прочие возмутительные вещи.

­­ ­­ ­­ ­­ ­­


- Леонардо да Винчи

Я скучал по нему едва ли не больше, чем сам Эцио; он же заметно постарел, выражение лица у него было преимущественно грустным, в отличие от той неповторимой палитры эмоций, что мы наблюдали во второй части; и что меня расстроило сильнее всего: он редко фигурировал в сюжете. Длинная кат-сцена, где они случайно (? или что это была за шутка со звуковой коробкой, прямо как у меня в лабах по физике в первом семестре) встретились на улице, радостно обнялись и поделились последними событиями; пара кратких встреч, когда я покупал у него улучшения - и все.
Все, Карл.
После всего того, что он сделал для Эцио во Флоренции, Венеции.
Да, теперь не надо было бегать с кодексом; да, он не хотел навлечь на себя гнев Чезаре; да, у Эцио появилось братство и вагон других не менее важных дел; но меня отсутствие теплых и душевных разговоров чертовски разочаровало. Бальзамом на душу легла кат-сцена в самом конце, где они сидели вдвоем за столом и Эцио не мог успокоиться, покончено с Чезаре или еще нет.
Ну и отдельное спасибо разрабам за сюжет с храмом Пифагора; он у меня вызвал, пожалуй, больше эмоций, чем вся игра.
В общем, к Лео моя симпатия только усилилась.

­­


- Николло Макиавелли

Странный персонаж в моем видении. В предыдущей части я относился к нему положительно, он меня заинтересовал. Однако встретил в "Братстве" я уже словно кого-то другого: отстраненного, выдержанно-холодного, безэмоционального, язвительно-скептичного и расчетливого. Не, ну раз уж Эцио ему доверял, то пусть так оно и будет; но даже окажись он предателем, я не расстроился бы. Чуть лучше я стал к нему относиться после посвящения Клаудии: тогда он озвучил некоторые свои мысли относительно Эцио, и я уже начал понимать его немногим больше.
Его восхищение Чезаре Борджиа - именно в игре - мне непонятно; но, опять же, здесь, как я думаю, придирки к сюжету. Это напоминает вынужденную данность историческим фактам, но не более того.
Странно, что двое таких разных людей - Эцио и Макиавелли - смогли найти общий язык и даже "сдружиться", если можно так выразиться; но жизнь сама по себе странная.

­­


- Чезаре Борджиа

Если это читает кто-то из моих друзей, с кем я много общаюсь, то я уже вижу, как он тяжело вздыхает, ожидая очередных дифирамбов в сторону сей личности.
Постараюсь нудить по минимуму, что будет сложно.
Игровой персонаж вызвал у меня неподдельный и сильный интерес к исторической личности, о которой я, разумеется, слышать-слышал, но разве что имя да и только; я прочел пару статей о нем, сравнил нарисованный образ с предполагаемым исторически, обсудил с матерью - и остался в восторге. Мне определенно нравится, каким его сделали в игре (особенно, что он без сифилиса): агрессивным, эмоциональным, жестким и жестоким, ревностным и азартным, властолюбивым и самоуверенным. Что ни фраза - все в цитатник. Графон, правда, подвел, скрины все неказистые получались, ну да это не так важно. Если описывать его одним словом, то мне в голову приходит довольно смешное, но от того не менее верное: "альфа-самец".
Он рисовался как отрицательный персонаж и, по сути, таковым и был. Но я, как обычно, со своим непонятным и оригинальным видением ситуаций, реплик и действий, нахожу его трагичным. До драмы не дотянет, разумеется; но почему-то мне казалось, что этот человек глубоко несчастен. Вряд ли таковое задумывалось; но какая, впрочем, разница?
Однако, разрабы меня очень и очень расстроили в конце.
Во-первых, что это за беготня: Эцио только подойдет и начнет пафосную речь толкать, как Чезаре махнет рукой:"Мне некогда", зовет стражу и убегает за кулисы. Ладно, в первый раз он был отравлен; но потом зачем? Оттянуть концовку? Непонятно.
Во-вторых, все то, что кропотливо создавалось на протяжении игры - его отношения с Лукрецией, споры с отцом, честолюбивые планы, громкие слова -, рухнуло в конце, потому что все стало "бегом". Его уволакивают в тюрьму - серьезно? Обвиняя в кровосмешении, братоубийстве и государственной измене? Это в те-то времена? Очень смешно. Это даже исторически доказано не было. Выглядит очень неубедительно. В результате, к концу игры мне его стало просто жалко. Как персонажа, которого забросили и решили доделать кое-как, просто потому что "надо".
В-третьих, он появлялся так же мало, как и Леонардо; может, чуть-чуть почаще. Я хотел больше видеть эту жадную до власти морду; но не суждено было.

­­ ­­ ­­


Были и другие персонажи, разумеется, но о них я могу сказать совсем немного:
- Катерина Сфорца сильно изменилась внешне, но почти нисколько - в характере. Что же, согласен с Эцио, женщина шикарная. Пожалуй, она вносит некий элемент комизма в эту историю.
- Клаудия была печальной и какой-то потерянной; поначалу я решил даже, что они с Эцио рассорились - так резко они разговаривали друг с другом. Я рад, что к концу это ушло; но ее роль в игре и сюжете мне показалась примерно таковой:"Мы не можем ее просто убить, так что давайте запихаем в бордель. А потом еще и ассасинкой сделаем. А потом сольем куда-нибудь".
- Ла Вольпе в этот раз был для меня человечнее, нежели в предыдущей части, где я запомнил о нем только одно: что он ходит в колготках. Здесь он все равно ходил в колготках, но произносил интересные речи, подозревал Макиавелли в предательстве, много помогал и вообще был молодцом. Правда, Эцио как-то психологически теснил всех героев, из-за чего они показались мне малозначимыми и грустными.
- Бартоломео я узнал сразу же, как услышал: грубый, дерзкий, как пуля резкий, открытый, громогласный и смелый. Я отношусь к нему решительно хорошо, особенно после слов "Эцио, если ты не зайдешь, я тебя убью!". У него прекрасная жена Пантасилея, которую он готов был спасать ценой своей жизни - поступок, за который не могу не уважать.
- Лукреция - дамочка с характером и на удивление противным голосом в русской локализации. Изначально она меня раздражала, хотелось всадить ей клиночек в сердечко; но потом я проникся к ней неким неясным сочувствием, а после того, как Чезаре ее чуть не придушил - окончательным.
- Салаи - мразь. Невоспитанное хамло, чванливый мальчишка, которого заботит лишь собственное благополучие и внешний вид. Не раз жалел, что не мог его убить.
- Популярность Микелетто среди поклонников я снова не понял: ну да, человек Борджиа. Почему Эцио решил его не убивать - ведь убил же всех до этого?
- Порадовал мужик со второй части, ухажер Клаудии, которому и здесь дали шанс набить морду. Чес-слово, его я был рад видеть едва ли не больше, чем всех остальных (после Леонардо, разумеется).

­­ ­­ ­­ ­­ ­­ ­­ ­­ ­­ ­­


3. Мир. Графика


В этот раз действия игры были ограничены одним Римом, что меня изрядно расстроило. В Риме я так и не научился ориентироваться и часами выписывал круги в попытках заехать на холм. Как ни парадоксально, но подземелья, где необходимо было найти свитки Ромула, меня радовали куда больше.
Первое время возможность прогулять по Риму очаровала: залезть на Колизей, пробраться в замок Сант-Анжело или побегать во дворе Собора Святого Петра - вряд ли я такое смогу проделать в реальности. Однако очень быстро начали надоедать однообразные пейзажи, однотипность тонов, куча полуразрушенных построек и вездесущие стражники с музыкантами. Возможность прокатиться на лошади внутри города оказалась приятной неожиданностью, когда я, как дурак, слез с коня у ворот Монтериджони и удивленно наблюдал, как Марио проезжает вглубь.
Может, я неверно выставил настройки, но Рим меня раздражал своей цветовой гаммой и графикой вообще. Может, приелся после только что пройденной второй части; но хотелось какого-то разнообразия к концу игры.
Отдельно хочу отметить "покупку" и "отвоевывание" районов Рима. Пожалуй, убивать стражу и сжигать башни мне и понравилось; но с сомнением отношусь к данному мероприятию как к одному из видов борьбы с Борджиа. Тот факт, что требовалось покупать все здания, обновлять конюшни, тоннели, места обитания гильдий, банки, кузницы, лавки и прочее, меня неимоверно раздражал: как идиот, заработал деньжат и пошел "кутить", тратя их на все постройки. Очень увлекательно. А уж с акведуком я вообще был возмущен: чтобы залезть на точку обзора и добыть очередной свиток Ромула, нужно было построить их все.
Система с гильдиями и братством мне тоже мало понятна: их услугами я практически не пользовался, а ассасинов время от времени посылал на задания черт знает куда черт знает зачем. Да, их можно было призывать, но смысл, если до этого ты обе части игры проходил в одиночку и, более того, сама суть игры предполагает самостоятельность?
В общем, я считаю, что в этой части было много лишнего. Покупка города, устройство гильдий, множество левых, не шибко необходимых квестов - напоминает, как все ругаются на сканирование камней в Андромеде.
Рим меня мало захватил, все же по душе мне были больше Венеция и Флоренция с Монтериджони и прочими городами. Ну и в довершение - сильно разочаровал тот факт, что в некоторые части Рима я смог попасть только в последний момент. Таковое было, разумеется, и в первой, и во второй части, но все же как-то более продуманно, как мне кажется; города раскрывались постепенно, а не "ну ты пройди 7 глав вот здесь, а в Ватикан и на самый восток мы тебя пустим только в 8-ой".
Монтериджони в современности тоже мало доставил удовольствия: да, можно было побегать по ночному городу, но как-то сие скучно, когда никого нет. Да и еще это ограничение: только ночью и только 10 минут. Дезмонда стало даже жаль.
В заключение пара слов о графике в целом. Изменилась она слабо, но все же фпс упал на пару единиц. Лица, честно говоря, плачевные, особенно у рабочих, воров или других посторонних персонажей: выражения без мысли в голове, пустые вытаращенные глаза и неумелые попытки отразить эмоции. Самая адекватная мимика наблюдалась у Эцио, Леонардо, Ла Вольпе, Макиавелли, Бартоломео и еще пары ключевых персонажей; и то в большинстве своем лишь потому, что все, кроме Эцио, выражали мало чувств.
Текстуры зданий тоже оставляют